Соперничая с Пасхой
своей торжественностью, праздник Рождества
Христова заставляет думать, что он появился в
самые первые времена Христианства, в век еще
апостольский.
Даже как то трудно себе представить, чтобы
христиане когда-либо могли не праздновать дня
рождения своего Спасителя, чтобы не
"помнили" "и не святили" этого дня. На
самом же деле было далеко не так и было по очень
простой причине.
То не случайность, что христиане обыкновенно не
празднуют дня рождения своего, а празднуют
именины, т. е. день крещения своего. Этим
христианин показывает, что не великая была бы
радость для мира, да и для него самого, что
родился на земле лишний грешник, если б грешник
этот в свое время не переродился в праведника
(праведника по крайней мере в возможности) через
Таинство Крещения.
Не будь этого духовного рождения, христианин о
дне своего рождения мог бы только сказать с
многострадальным Иовом: "погибни день, в
который я родился, и ночь в которую сказано:
зачался человек". Древние христиане называли
днем рождения день смерти человека и называли
самым серьезным образом. Для дня кончины
мучеников самое принятое название было natalitia,
"родины".
При таком взгляде на день рождения вообще,
могло ли прийти на мысль христианам праздновать
и день рождения Спасителя?
Правда, его рождение было настолько необычно,
было таким счастьем для мира, что и сравнивать
его нельзя с каким бы то ни было человеческим
рождением.
Христос для христиан был до того
небесным человеком, вторым Адамом, Господом с
небес, что мысль их не могла достаточно любовно
останавливаться на его плотском рождении. Скорее
хотелось праздновать Его воскресение,
вознесение на небо, ниспослание Духа Святого, чем
"еже по плоти" рождество Его. И
действительно, все эти праздники древнее
Рождества, несравненно древнее его празднование
простого воскресения. Древнее его и праздники в
честь мучеников.
Древняя церковь была принуждена
внешними влияниями установить праздник в честь
этого события. И раньше, чем Рождество Спасителя,
она стала праздновать Его крещение. Но и
последнее она стала праздновать не вполне по
своей доброй воле. Ранее православной церкви
этот праздник ввели у себя еретики - гностики и
ввели потому, что они придавали самое большое
значение в жизни Спасителя Его крещению.
Ничто так не завлекало христиан в
ересь, особенно в гностицизм, как богослужение
гностиков, полное гармонических и красивых
песен. Нужно было гностическому празднику
противопоставить свой такой же, и вот тогдашняя
православная церковь установила и у себя
торжественный праздник в честь крещения
Господня и назвала его Богоявлением, внушая этим
названием мысль, что в этот день Христос не стал
впервые Богом, а только явил себя Богом, предстал
как Бог, как Единый от Троицы.
Мало того: чтобы еще более
подорвать лжеумствование гностиков
относительно крещения Христова, тогдашняя
православная церковь стала присоединять к
воспоминанию крещения воспоминание и рождения
Христова; к последнему еазвание
"Богоявления" шло еще более, чем крещению. То
и другое, Крещение и Рождество, таким образом
праздновалось в один день под общим названием
"Богоявления", и именно в день, посвященный
ранее одному крещению - 6 января. Так по крайней
мере было в IV, V и даже отчасти в VI веках в
Палестине, Египте и других местах Востока.
Армянская церковь, отделившаяся от католической
в эту эпоху, сохранила эту практику доселе: она
празднует Рождество Христово 6 января и не имеет
праздника Крещения.
Впервые отделен был праздник
Рождества Христова от Крещения в Римской церкви
в первой половине IV века, по преданию при папе
Юлии.
Можно догадываться, чем было
вызвано это отделение и почему именно оно
произошло в Риме. Языческий римский культ с
особенной торжественностью чествовал зимний
солнцеповорот, но не в тот день, когда он
происходил (8-9 декабря), а в те дни, когда он
становился для всех ощутимым, именно в конце
декабря. Праздник в честь этого солнцеповорота
назывался днем "Непобедимого" (dies Invicti), т.е.
днем непобедимого солнца, солнца, которого не
смогла одолеть зима и которое с этого времени
идет к весне.
В одном римском календаре IV века
именно 25 декабря показан этот языческий
праздник. Приурочен он к этому именно дню, может
быть, потому, что 18-23 декабря в римском культе
посвящено было чевствованию бога Сатурна,
пожиравшему своих детей, чевствованию потому
носившему мрачный характер.
За этим печальным праздником
"бога времени" следовал светлый праздник
"бога солнца", как и у нас пост предшествует
великим праздникам. И после победы язычества над
христианством праздник этот с особенным блеском
совершался в риме по крайней мере так совершен он
был при императоре Юлиане Богоотступнике (по его
свидетельству).
Чтобы отвлечь христиан от этого
языческого праздника, и перенесли в Риме с 6
января на этот день воспоминание Рождества
Христова, рождения духовного незаходимого
солнца.
За Римом в этом отношении
последовали и все восточные церкви. При этом
замечательно, что из восточных церквей на
праздник этот впервые произносят проповеди три
великие святителя: Василий Великий в Кесарии,
Григорий Богослов в Константинополе и Иоанн
Златоуст в Антиохии.
Относительно святого Златоуста из
его же бесед мы узнаем не только то, что именно он
ввел в Антиохии этот праздник и притом по примеру
запада, но с какой постепенностью и
осторожностью делалось это нововведение.
Впоследствии предание, конечно римского
происхождения, разукрасило эти действительные
факты в пользу Рима и представило историю
перенесения праздника с запада на восток в
следующем связном виде. Кирилл или Ювеналий,
епископ Иерусалимский, письмом к папе Юлию
жаловался на неудобство праздновать Рождество
Христово и Крещение в один день: "Нельзя идти в
одно время в Вифлеем и на Иордан" и просил
исследовать и определить день Рождества
Христова; папа рекомендовал практику своей
церкви - празднование Рождества 25 декабря.
Василий Великий поручил Григорию
Богослову установить на Константинопольском
соборе это празднование. Златоуст на это тоже дал
согласие. Из Кипра призван был Епифаний, что бы, в
качестве урожденного еврея, на основании Писаний
утвердить день.
Древней церкви точно неизвестен
был не только день, но и месяц рождения Христова.
По словам Климента Александрийского (III в.), одни
полагали это событие в мае - 20, другие в январе - 10
или 6; по другим свидетельствам III - II веков
Рождество Христово приурочивается к 25 или 28
марта. Но уже в IV веке церковь пришла к
единодушному решению этого вопроса именно в
пользу 25 декабря, и на основании приблизительно
следующих соображений.
Месяц и день смерти Христовой
точно известен из евангелий; а в церкви издавна
распространено было убеждение, что Христос
должен был находиться на земле полное число лет,
как число совершенное. Отсюда следовало, что
Христос зачат был в тот же день, в который
пострадал, т.е. в еврейскую пасху, которая в тот
год приходилась на 25 марта.
Отсчитывая отсюда 9 месяцев,
получали для Рождества Христова дату 25 декабря.
Эту дату принимает уже святой Ипполит (III в.); ее
защищают святой Златоуст и блаженный Августин.
Таким образом, весьма вероятно,
что и само событие Рождества Христова падало на
время, когда оно и празднуется. Если должно быть
соответствие между течением природной жизни в
мире и благодатной жизни, то как не было более
весны подходящего времени для зачатия и
воскресения Христова, так уместнее всего было
Рождество Его в пору года, являющуюся лучшей
после весны.
|